«Забил семь голов, а меня обвинили в сдаче игры». Эпохальный матч Россия – Мексика

Станислав Черчесов Савелий Мышалов сборная Мексики Борис Игнатьев Владислав Лемиш Андрей Кобелев сборная России Юрий Матвеев Павел Садырин Валерий Карпин Дмитрий Попов Кубок конфедераций

Денис Романцов – о первом матче в истории сборной России

Летом 1992-го я готовился пойти в первый класс, Сергей Мавроди превращал кооператив МММ в инвестиционный фонд, Театр на Таганке делился надвое, правительство России вводило систему ваучеров, Первый канал гремел сериалами «Мелочи жизни» и «Горячев и другие», в переходе под Лубянкой торговали наркотиками, на Ярославском вокзале – водкой с рук, а у Большого театра – сапогами и кофтами. Там же, на Театральной площади впервые собралась сборная Россия. «В «Уралмаш», где я играл, пришла телеграмма: явиться к Большому театру тринадцатого августа: в семнадцать часов отъезд на базу в Новогорск – вспоминает лучший бомбардир высшей лиги-1992 Юрий Матвеев, сейчас он тренирует «Урал» и мой звонок застал его на сборе в Словении. – Ажиотажа вокруг первой встречи новой сборной и близко не было, не то что сейчас. Так – пара журналистов. Нас сфотографировали и повезли на тренировки».

И двух месяцев не прошло с Евро-92, где мы болели за сборную с буквами CIS на груди, грузином Цхададзе в обороне, белорусом Алейниковым в полузащите и украинцем Михайличенко в роли капитана. Сборной СНГ не стало после проигрыша шотландцам 0:3, еженедельник «Футбол» вышел с заголовком «Без флага, без гимна, без счастья», а через месяц РФС выбрал тренером сборной России Павла Садырина. «Теперь у нашей команды будут свои флаг и гимн, – сказал на заседании исполкома Вячеслав Колосков, – Россия – великая, огромная держава и миллионы болельщиков ждут создания сборной. На человека, который станет ее тренером, ляжет огромная ответственность перед россиянами».

Садырин только что сделал чемпионом ЦСКА, который незадолго до того вывел из первой лиги, так что тренерский совет утвердил его единогласно, исполком поддержал, а Колосков добавил: «Уже 16 августа, ровно через месяц, – первая официальная товарищеская встреча нашей сборной. К нам в гости приедет команда Мексики – одна из сильнейших сборных американского континента, а 23 сентября (если ООН отменит санкции) должен состояться первый отборочный матч чемпионата мира с Югославией. Времени в обрез, так что набирайте штаб, Павел Федорович, и действуйте. В заключение должен сказать, что со всеми тренерами сборных РФС заключит контракты, как принято во всем мире».

Когда собрались расходиться, полыхнул скандал. Глава юридического комитета РФС Борис Назаров сообщил, что ЦСКА забрал у «Зенита» защитника Дениса Машкарина, не заплатив, если это трансфер, и не обозначив срок службы, если это призыв. Назаров рекомендовал дисквалифицировать Машкарина, на что Садырин выпалил: «Если «Зенит» хочет получить компенсацию, то пусть назовут сумму. Мы ее заплатим, но тогда Машкарин уже будет обязан подписать с ЦСКА контракт. Пока же он всего-навсего призван в армию, и его контракт с «Зенитом» в силе. То есть через полтора года он может помахать нам рукой и попрощаться. А президент «Зенита» Гусев, с которым я недавно разговаривал, сам никак не определится, чего же он хочет от нас. Не назвал даже сумму компенсации – они думают! До сих пор думают… То есть просто пошли на принцип и выступают в роли «собаки на сене», как будто Машкарин решил бы все их проблемы». (О компенсации все-таки договорились, Машкарин через три месяца забил «Барсе» на «Камп Ноу», отыграл в ЦСКА еще четыре сезона, а сегодня работает скаутом этого клуба).

В первом интервью после назначения Садырин признался, что понятия не имеет, в какой форме сборная России проведет первый матч, но очень бы хотел, чтобы РФС решил этот вопрос поскорее. С Мексикой мы в итоге сыграем в адидасовской форме, оставшейся от сборной СССР. Советские эмблемы заклеили вручную, а российские флажки нашила швея-мотористка, двоюродная сестра Сергея Хусаинова, администратора сборной. Контракт на новую форму не заключили и к старту отборочного турнира, хоть он грянул позже, чем планировали: ООН не отменила санкции, матч с Югославией не состоялся и начали мы в середине октября игрой с Исландией. В Москве резко похолодало, выпал снег, и, чтоб согреть игроков, Сергей Хусаинов выпросил у знакомого из ГАИ белые парадные перчатки, а жену попросил заказать два комплекта женских рейтуз – для сборной и молодежки. В интервью «Спорт-Экспрессу» Хусаинов вспоминал, что матч с Исландией начался с опозданием, из-за того, что завскладом РФС Гребнев возвращал мячи, которые накануне, после матча молодежек, недальновидно подарил судьям.

Но вернемся все же в середину августа, когда было теплее: до двадцати пяти градусов тепла без осадков. Борис Ельцин заготовил указ, разрешивший людям торговать «в любых удобных для них местах», Юрий Лужков сменил на посту мэра Москвы Гавриила Попова, а в ГУМе столпились тысячи людей из бывших союзных республик – не зная, сколько еще будут действовать советские рубли, они стремились скорее от них избавиться. Время было настолько лютое, что Павла Садырина спросили в интервью, не выселят ли его из служебной армейской квартиры после ухода из ЦСКА в сборную. «Не думаю, чтобы до этого дошло, – ответил Садырин. – Я ведь соучредитель футбольного клуба ЦСКА и член его правления».

Юрий Никулин и Сергей Хусаинов

В репортаже с первой тренировки сборной в Новогорске Павел Алешин и Дмитрий Пасынский сообщили, что для защитника «Спартака» Андрея Чернышова вызов в сборную стал такой приятной неожиданностью, что настроение ему не испортила даже «утрата двухсот рублей, которые пришлось выложить за проезд из Москвы в Новогорск на такси». В изначальном списке приглашенных Чернышова не было, и, лишь прилетев со «Спартаком» из Волгограда, он узнал, что ему нужно мчать в сборную. Александра Мостового на тренировке спросили про его фиктивный брак с гражданкой Португалии (это было сделано, чтобы лишить его статуса легионера в «Бенфике»). «Можете написать черным по белому, – заявил Мостовой, – чтобы все прочитали и запомнили: я сейчас холостой». – «А гражданство у вас двойное – российско-португальское?» – «А гражданство – двойное», ответил Мостовой.

Садырин вызвал в сборную только одного игрока ЦСКА – защитника Сергея Колотовкина. Он родился в Магнитогорске, дозревал в Ленинградском спортинтернате, а в 1991 году вошел в историю как автор последнего гола ЦСКА в чемпионатах СССР. К последней игре в Харькове Колотовкин оставался единственным игроком основы, кто в том сезоне не забивал. Чемпионство уже оформили, на результат матча с «Металлистом» было наплевать, и именно Колотовкину доверили бить пенальти, назначенный на 88-й минуте при счете 1:3. Игра проходила второго ноября, поле обледенело, Колотовкин поскользнулся, вратарь «Металлиста» Помазун (его сын сейчас – дублер Акинфеева в ЦСКА) отбил, но Колотовкин успел подняться и добить мяч в ворота.

В сборную попали бы и еще два игрока ЦСКА, участники Евро-92 Харин и Кузнецов, но за неделю до игры с Мексикой начальник ЦСКА Мурашко обвинил их в сдаче матча владикавказскому «Спартаку»: «Приехал с Евро, мне в ЦСКА говорят: «Будешь здесь, пока не получим за тебя все деньги от «Эспаньола», – рассказал мне Дмитрий Кузнецов в Казани, где он работал тренером «Рубина». – Из миллиона только двести тысяч до нас дошло». Восемьсот пропали. «Я-то при чем здесь? Не я ж их украл». Оказалось, кто-то из наших агентов махнул восемьсот тысяч. А тогда я сидел в ЦСКА три месяца. За шесть или семь игр забил семь голов, а Мурашко, начальник команды, обвинил меня в сдаче игры. Это вообще был цирк. Началось с того, что я не полетел в Находку. Я ж когда только приехал в ЦСКА – зарплаты нет, премиальных нет, страховки нет. Говорю им: «Ребят, вы мне хоть чего-нибудь дайте». – «У тебя с «Эспаньолом» контракт». – «А если я сломаюсь? У меня на три года с ними контракт». – «Вот пусть они тебе и платят». – «Я сломаюсь-то у вас. За что они мне будут платить? Они меня выкинут и все». И не полетел в Находку. Руководство мне: «Предатель!» – «Это я-то предатель?!» Потом проиграли «Алании» 2:4, я забил пенальти, а меня обвинили в сдаче игры. И я предатель после этого. «Ребят, если я сдал, приведите людей, кто мне деньги дал. – «Мы и так все знаем, ты сдал». Причем сумма менялась каждый день. Удваивалась, утраивалась. Говорил: «Вы хоть договоритесь между собой. Я по-вашему уже миллионер – чего мне дальше в футбол играть».

Кроме Кузнецова с Хариным, сборная недосчиталась Бородюка, Добровольского, Колыванова, Шалимова, Татарчука, Канчельскиса, Кирьякова и Савичева, которых не отпустили иностранные клубы, травмированных игроков «Эспаньола» Галямина и Корнеева, а также Бахву Тедеева, улетевшего на переговоры с неким испанским клубом. Но выбор на советских развалинах был такой, что Садырину и без них удалось собрать мощный состав.

Перед игрой с Исландией в октябре 1992-го (Добровольский, Шалимов и Кирьяков уже в составе)

За месяц до игры с Мексикой журналист «Футбола» Юрий Юдин спросил Виктора Онопко, родившегося в Луганске и игравшего за донецкий «Шахтер» и дубль киевского «Динамо». «Вскоре вы наверняка окажетесь перед выбором – Россия или Украина. За какую команду будете выступать?» – «Свой выбор я сделал еще зимой, перейдя в «Спартак»: хотел бы играть за сборную России, если, конечно, пригласят. Она утверждена ФИФА как правопреемница сборной СССР и уже осенью стартует в отборочной группе чемпионата мира, сыграть на котором – мечта любого футболиста. А ждать еще четыре года, пока допустят Украину, не имеет смысла – век игрока слишком короток».

Из-за рубежа прилетели только три игрока «Бенфики» – Кульков, Юран и Мостовой, причем на поле вышел только Кульков. Зато появился шанс у парней из провинции вроде Юрия Матвеева, который родился в Нижнем Тагиле, провалился в «Торпедо», но прославился в «Уралмаше»: за несколько месяцев до игры с Мексикой Матвеев перевернулся на машине на скользкой дороге, но остался цел и с конца марта по середину августа забил в высшей лиге одиннадцать мячей. «На предматчевой установке Садырин объявил, что я выйду в стартовом составе, – рассказал мне Матвеев по телефону из Словении. – На стадионе «Локомотив» собралось пятнадцать тысяч зрителей – в начале девяностых это было большой редкостью, людям было не до футбола. В Москве был какой-то праздник, так что зрителей пускали бесплатно. В команде собрались игроки из самых разных клубов, мы действовали немного сумбурно, так что у меня и голевых моментов-то не было, но Садырин продолжил вызывать меня, я еще трижды сыграл у него, а потом сломал лодыжку на тренировке, пропустил полгода, а, выздоровев, уехал в турецкий «Анкарагюджю» к Валерию Непомнящему, и с тех пор меня в сборную не звали».

На восьмидесятой минуте матча с Мексикой Матвеева заменил 21-летний нападающий «Кубани» Владислав Лемиш. Мой звонок застиг Лемиша на море в Сочи. «Меня звали в сборную Азербайджана, но я русский, играл в Краснодаре и мечтал выступать за Россию, – вспоминает Владислав под крики чаек и шум прибоя. – Я забил по два мяча в двух подряд матчах, с Нижним Новгородом и Ярославлем. Ко мне тут же подошел Борис Игнатьев, помощник Садырина, и пригласил в сборную России. За десять минут, что у меня были в игре с Мексикой, я даже мог забить – Карпин хорошо подал, но я немного не дотянулся.

После игры за сборную я улетел из Москвы в Барселону, где подписал контракт с «Эспаньолом». Испанцы давно за мной следили: в 1987-м я выиграл со сборной СССР юношеский чемпионат мира, в 1991 году забил двадцать один мяч в первой лиге, а, дебютировав в высшей, забил в игре со «Спартаком» Черчесову. «Эспаньол» отдал меня в аренду «Паламосу», но на следующий год мне пришлось возвращаться в Россию. В Испании я играл пусть и во второй лиге, но против команд вроде «Бетиса» и «Мальорки», в перспективе мог попасть в примеру, в Москве же, как я видел по телевизору, бомбили Белый дом, так что, конечно, я не хотел покидать Испанию, но у моего испанского агента были хорошие отношения с ЦСКА и он устроил этот непонятный трансфер. В 1994 году меня вызвали из ЦСКА в сборную Азербайджана (родился-то я в Баку). Я съездил на Мальту, но мы жестко проиграли – 0:5 – и я попросил больше меня не звать. Это тоже была товарищеская игра, так что она меня ни к чему не обязывала». В ЦСКА Лемиш не закрепился из-за травм. Последние тринадцать лет он тренирует студенческую команду Кубанского аграрного университета.

Владислав Лемиш

Лемиш – не единственный игрок первого созыва сборной России, кто потом сменил футбольную национальность. Из-за опалы Дмитрия Харина дублером Черчесова в игре с Мексикой был Валерий Шанталосов из нижегородского «Локомотива»: «Для меня 1992-й складывался удачно. Борис Игнатьев посмотрел несколько моих игр и пригласил в сборную, – говорит Шанталосов после утренней тренировки московского «Торпедо», где он работает с вратарями. – «Из Нижнего Новгорода очень давно никого не брали в сборную. Удачи», – сказал мне на прощание Валерий Овчинников, тренер «Локомотива». Я тогда проводил первый сезон на высоком уровне и мне еще было непривычно находиться рядом с такими людьми, как Черчесов, Радченко, Мостовой – не говоря уж о том, чтобы тренироваться с ними. Больше всего меня поразили удары Сергея Юрана – даже с шестнадцати – восемнадцати метров бил так мощно, что попробуй среагируй.

Тренера вратарей в сборной тогда не было, так что мы с Черчесовым по-старинке тренировались в общей группе, разминали друг друга, а потом участвовали в двусторонке. Планировалось, что в самой игре меня выпустят на второй тайм, но Мексика сопротивлялась, к перерыву было 0:0, и тренеры решили не менять вратаря – хотели обязательно выиграть. После игры – собрание. Тренеры поблагодарили за победу и сказали: «Скоро сбор в Италии. Ваши телефоны у нас есть. Мы вам перезвоним». Я ждал звонка, но потом узнал, что сборная улетела в Италию без меня». Зато позвонили из Беларуси (я гражданин России, но родился в Могилеве и мог выбирать любую сборную). Беларуси тоже предстоял первый матч в истории – против Украины. И уж там-то я сыграл, после чего провел с белорусами четыре отборочных турнира».

Еще два игрока, которые приехали на сбор, но с Мексикой не сыграли – нападающий «Торпедо» Андрей Талалаев и защитник «Динамо» Игорь Скляров, месяцем ранее влипший в забавную историю. На международном турнире в честь 350-летия Монреаля «Динамо» проиграло канадской команде «Супра» и итальянской «Козенце», а потом обыграло «Индепендьенте» из Медельина. Но организаторы турнира, пересмотрев видеозапись матча с колумбийцами, заметили, что Скляров сыграл под чужими фамилией и номером, хотя был удален в предыдущей игре и дисквалифицирован. В итоге динамовскую победу аннулировали, а Склярова и главного тренера Газзаева (как автора идеи) отстранили от дальнейшего участия в турнире. Единственный матч за сборную Скляров провел в феврале 1993-го против Сальвадора. В 2001-м он уехал в клуб MLS «Метростарс», потом тренировал детей в штате Пенсильвания, а на излете нулевых вернулся в Россию и сегодня работает в школе «Динамо».

Капитаном сборной в ее первой игре стал Станислав Черчесов: «Его назначил Садырин. Стас, еще играя в юношеской сборной, страстно стремился к победе – проявлял смекалку, характер, твердость духа, вел себя как лидер и со всех полевых игровых спрашивал очень строго», – объяснил мне Борис Игнатьев, один из тренеров сборной. Перед игрой на поле стадиона «Локомотив» вышел госсекретарь России Геннадий Бурбулис, который от лица президента страны поздравил игроков и болельщиков с историческим матчем: «В раздевалку он перед игрой не заходил, там командовал Садырин, – сказал Игнатьев, – Зато перед игрой с Бразилией на чемпионате мира-1994 к команде зашел Виктор Черномырдин. Он толком не знал, что говорить, да и вообще оказался в раздевалке не вовремя. Ребята в сборной тогда были отважные и выдали ему: «Вы бы нам лучше премиальные пообещали».

Первый гол в истории сборной России забил Валерий Карпин. Забил с пенальти, назначенного белорусским судьей Вадимом Жуком за не самый очевидный фол вратаря Кампоса против Андрея Кобелева. Кобелев вышел в центр поля после перерыва вместо Игоря Ледяхова, хотя еще накануне матча не знал, останется ли в сборной. «У меня была повреждена спина, – говорит Андрей, – и стоял вопрос – лететь с «Динамо» на турнир в Испанию или оставаться в сборной. В итоге мне вкололи обезболивающее, я остался в сборной, сыграл полчаса, а потом мексиканец Эрмосильо прыгнул в меня двумя ногами. Идиот».

«Поначалу травма казалась серьезной, – вспоминает врач сборной Савелий Мышалов, – очень сильный ушиб с кровоизлиянием в коленный сустав. Гемартроз. Я сделал Кобелеву пункцию, откачал кровь, и мы вместе поехали на сбор «Динамо», где я его долечил. Обошлось без операции».

«Того мексиканца удалили, а мне пришлось пропустить месяц из-за травмы колена, – продолжает Кобелев. – В декабре того года я уехал в испанский «Бетис». В марте 1993-го начинался следующий сбор сборной, но в феврале я повредил крестообразные связки и пропустил полгода». Кобелев заработал исторический пенальти, с которого Карпин забил первый гол, но тридцать минут против Мексики так и остались его единственным появлением в сборной.

Через минуту после гола Карпина Садырин заменил защитника «Бенфики» Кулькова нападающим «Спартака» Бесчастных, и в нашей сборной не осталось игроков из иностранных чемпионатов. Еще через три минуты другой спартаковец Дмитрий Попов забил с паса Карпина удивительно красивый мяч. Сам Попов признался, что вызов в сборную его удивил, потому что тот сезон он начал неважно. После гола Мексике Попов здорово заиграл и в «Спартаке», и в турне сборной по Италии, но перед первым отборочным матчем с Исландией сломал ногу на тренировке, упустив шанс сыграть на снегу в перчатках гаишника и женских рейтузах. Вылечившись, Попов махнул со сборной в американское турне, где снова повредил ногу: «Чудо сотворил там доктор наш Савелий Евсеевич Мышалов: три укола плюс один в ногу, и – все в порядке!»

«В 1993 году группа игроков во главе с Шалимовым объявила Садырину бойкот, о котором я тебе уже рассказывал, – говорит Савелий Мышалов (Колосков сказал футболистам, что Садырин от лица команды подписал долгожданный контракт на экипировку с Reebok, что не понравилось игрокам, у которых были личные спонсорские контракты). – Это дело подогревалось Шамилем Тарпищевым, который добивался смены тренера сборной. Перед чемпионатом мира 1994-го мы еще раз сыграли с Мексикой, прихлопнув их 4:1. Новые ребята, взятые вместо отказников, выглядели очень достойно и перед возвращением домой игроки во главе с Олегом Саленко подошли к Садырину: «Не берите больше никого. Мы же и так играем прилично. Смотрите, какой состав». Садырин их не послушал и вернул тех, кто сначала отказался от сборной, а потом захотел вернуться в нее перед чемпионатом мира – например, Карпина и Юрана. Это была его ошибка. Если бы он остановился на тех мотивированных ребятах, которые обыграли Мексику, то, может и результат на ЧМ-94 был бы другой».

С первого матча в истории сборной России прошло двадцать пять лет. Капитан Черчесов теперь главный тренер, а в составе на игру с Мексикой снова не будет ни одного футболиста из-за рубежа. Но уже по другой причине.

РОССИЯ – МЕКСИКА – 2:0 (0:0)
16 августа 1992 г.
Товарищеский матч.
Москва. Стадион «Локомотив». 15000 зрителей.
Судья – В. Жук (Белоруссия).
Россия: Черчесов (к), Хлестов, Кульков (Бесчастных, 63), Попов, Колотовкин (Чернышов, 85), Онопко, Тетрадзе (Подпалый, 85), Карпин, Ледяхов (Кобелев, 46; Ан. Иванов, 76), Матвеев (Лемиш, 80), Радченко.
Тренеры: П. Ф. Садырин, Ю. П. Семин, Б. П. Игнатьев.
Мексика: Кампос, Суарес, Муньос, Хуанито, Эспанья, Амбрис, Эрмосильо, де ла Торре, Урибо, Гарсия (Койото, 86), Фарфан (Эспиноса, 86).
Тренер – Луис Менотти (Аргентина).
Голы: Карпин (61 – пенальти), Попов (66).
Предупреждены Хуанито, Фарфан, Суарес, Колотовкин, Кобелев.
На 72-й минуте удален с поля Эрмосильо.

Фото: fanpicture.ru/faith54; РИА Новости/Владимир Родионов; Gettyimages.ru/Simon Bruty/ALLSPORT, Ben Radford

Источник: http://www.sports.ru/

Написать ответ