«Павлюченко – настоящий бомбардир. В каждой из его бутс словно заложен динамит»

«Павлюченко – настоящий бомбардир. В каждой из его бутс словно заложен динамит»

Тогда, в период трансферного окна на старте нового сезона, мой друг Джермейн Дефо покинул «Тоттенхэм» чтобы присоединиться к «Портсмуту», где он мог быть уверен в регулярной игровой практике. Он стал настоящей голевой машиной для новой команды под руководством Харри Реднаппа.

Я скучал по нему, но это футбол.

То, насколько он был нужен клубу и болельщикам, стало очевидным, когда тем же летом распалась наша убойная пара нападающих Кин-Бербатов. Первым покинул клуб Робби, неожиданно перейдя в «Ливерпуль». Он был важной составляющей клуба, казалось, он нашел свой дом, наслаждался футболом на пике формы и успешным партнерством с Бербатовым. Но скорее всего это был один из тех трансферов, которые слишком заманчивы для отказа. Не думаю, что Робби непременно хотел уйти из «Тоттенхэма», но он симпатизировал «Ливерпулю», поэтому клуб не стал препятствовать его переходу.

А затем «Манчестер Юнайтед» дал понять, что хочет видеть в своих рядах Димитара Бербатова, что полностью деморализовало его на старте нового сезона. До такой степени, что тренер лишь один раз ненадолго выпустил его на поле со скамейки запасных. А затем он перешел на «Олд Траффорд» за огромные деньги, что хоть как-то подсластило горькую пилюлю. Мы также не осуждали переход Бербатова, несмотря на то, что это было нам не с руки. Очевидно, клуб пытался удержать его, однако он был полон решимости уйти. Я думал так: «хорошо, тогда давайте просто продолжать без него, если он не хочет больше оставаться здесь». Нет никакого смысла удерживать игрока, который хочет уйти за две недели до первой или второй игры чемпионата. Лучше найти игрока, который согласиться на переход в клуб по ходу сезона, но будет голоден до футбола.

Бербатов провел отличный предыдущий сезон в «Тоттенхэме», но теперь перешел в крупнейший клуб страны. Игроки приходят – игроки уходят. Итак, новый сезон стартовал, а мы страдали от нереализации моментов. Мы были в игре, но испытывали недостаток в огневой мощи, которая должна была преобразовать наше владение мячом в результат.

Летом 2007-го мы подписали Даррена Бента, который умел забивать голы, но не слишком подходил к той модели игры, которую мы использовали. Когда он был на пике формы, его партнеры отдавали на него быстрые мячи на забегание. Он любил длинные передачи за спины защитников, а наши игроки любили перепасовки. Даррен прекрасный завершитель атак, но мы не подыгрывали его сильным сторонам. Поэтому, несмотря на то, что Бент был успешным голеодором в лиге для «Чарльтона», и мы знали, что он умеет забивать голы, наш стиль игры был просто непривычен для него.

И ему и команде, голы давались очень тяжело. Бенти был нашим единственным номинальным форвардом, поэтому каждую игру мы тяжело работали, просто чтобы выстоять. Если мы пропускали гол, нам было очень тяжело забить, чтобы сравнять счет, не говоря уже о победе – и это не самое приятное чувство. А оно часто возникало, как только мы пропускали.

Так как Дефо, Кин и Бербатов покинули клуб, а Даррен Бент не вписывался в игровой рисунок команды, в последний день трансферного окна 2008-го года, «Тоттенхэм» приобрел россиянина Романа Павлюченко, в качестве срочного решения проблемы с недостатком нападающих. Но было бы глупо ожидать, что он немедленно начнет забивать голы, в такой совершенно непривычной для него обстановке, не только в футбольном плане, но и во всем остальном. Для него это было непросто. Сперва он страдал от незнания английского и всюду ходил со своим переводчиком. Было видно, что он из тех людей, которым не слишком хорошо вдали от своей страны. Он был тихим и никогда не выглядел по-настоящему расслабленным и счастливым в Англии, как будто это было для него работой, а не занятием, которым он наслаждался. Он никогда не был по-настоящему открытым, но он был приятным парнем. Роман выучил несколько слов и это было довольно забавно.

Павлюченко был бомбардиром. Иногда он был незаметен в играх, иногда его прием мяча мог быть неуклюжим, и часто желание быть полезным в подыгрыше подводило его. Но он был завершителем атак; в каждой из его бутс был заложен динамит. На тренировках мы убедились в том, что как только Роман подрабатывал мяч под любую из ног и замахивался, еще до удара можно было смело кричать: «Гол!». Его удары были очень хороши. Как и Дефо, Павлюченко был для нас хорошим игроком. Когда команда нуждалась в голе, все знали, что он может выйти на поле и не будет слишком долго вливаться в игру; он найдет момент для удара и отправит мяч в сетку. Также, он не был стабильным игроком; Роман мог провести кошмарную игру, и при этом забить в ней два гола.

Павлюченко начал с нескольких игр в паре с Бентом, но у них совсем не клеилось. Они оба были игроками, которые любят играть на острие в одиночку. Никому из них не нравилось быть связанным с другим нападающим. Они оба были крупными парнями, и оба хотели играть в штрафной площадке. Между ними не было связи, и никто из них не хотел опускаться глубже.

У нас были и другие проблемы на старте того сезона.

После первых месяцев тяжелой муштры, наш тренер Хуанде Рамос стал более расслабленным, и во время предсезонной подготовки позволил игрокам проводить время вместе. Но его английский продвигался очень медленно и в этом он полагался на Гуса Пойета – боевого уругвайца, бывшего полузащитника «шпор», который завершил карьеру игрока и стал его переводчиком. Чтобы выполнять эту работу для Рамоса, он был возвращен в клуб, но я не представляю насколько хорошо они знали друг друга. И снова, как и четыре года назад во времена Сантини и Йола, это был союз, который в теории должен был работать, но на практике они не всегда сходились во взглядах.

Все видели стремление Гуса стать тренером. Он часто пытался воодушевить команду и дать им указания. Гус понимал лигу лучше, чем сам главный тренер. Думаю, незнание премьер-лиги в достаточной мере и стало причиной краха Рамоса. В кубковых противостояниях он был очень хорош тактически, особенно если это была двухматчевая серия: он анализировал события первого матча и превращал их в наше преимущество во втором, а игроки доверяли тактике, которую он выбирал. Он так же знал сильные команды в лиге («Манчестер Юнайтед», «Челси», «Арсенал», «Ливерпуль»), мог построить тактику против этих соперников. Но он мало знал о командах классом ниже, и мы не готовились к этим играм надлежащим образом. Думаю, он рассчитывал, что мы просто выйдем на поле и разнесем остальные команды, как он делал это в Испании. Но в этой лиге нет простых игр.

Гус Пойет знал это, и на протяжении своей работы в качестве переводчика, пытался готовить нас к играм чемпионата более развернуто, чем это делал главный тренер. И тут появлялись противоречия в установках, которые мы получали. Но независимо от того, что нам говорили, мы знали игру, выходили и выкладывались на полную. Поэтому наши поражения от «Мидлсбро», «Сандерленда», «Виллы», «Портсмута», «Халла» и «Стока» нельзя объяснить отсутствием старания у игроков. Чем сильнее мы старались, тем хуже у нас получалось. Иногда игрок может прикладывать слишком много усилий, носиться по всему полю, но всегда ли это правильно? Мы продолжали играть ради тренера, мы продолжали пытаться достичь результатов, но мало того, что мы испытывали недостаток в огневой мощи, мы не до конца понимали, что мы пытаемся делать на поле. То, что мы показали хорошую игру с «Челси» на выезде со счетом 0-0 (а могли на самом деле и выиграть), доказывает, что при правильной тактической установке мы могли достичь результата, даже испытывая недостаток в реализации моментов.

В игре с «Челси» я последний раз появился в премьер-лиге под руководством Рамоса; снова и снова он оставлял меня для кубковых встреч и, так называемых, «больших игр». На старте сезона каждый хочет сыграть первую игру, каждый хочет быть вовлеченным. Я путешествовал с командой, но не играл. Я даже не был уверен, что окажусь на скамейке. Я пропускал игры с менее статусными командами лиги. Я показывал форму и готовность играть, но меня не выбирали. Понимаю – это решение тренера. Но Рамос уже не был новым человеком в команде и знал, на что я способен. Поэтому, конечно, я был разочарован, но не опускал рук и надеялся на то что, что-то произойдет в ближайшие пару недель.

То, что произошло, было драматично.

В субботу, 25 октября 2008-го выдалась еще одна странная ночка.

Готовясь к воскресной домашней игре с «Болтоном», мы находились в отеле в Канэри-Уорф (деловой квартал в восточной части Лондона – прим.) и около 10:30 или 11-ти вечера мне в номер позвонили. Поднимая трубку я подумал: «кто мог так поздно позвонить мне в номер перед игрой?» Это был Джермейн Дженас, и он сказал, что у нас будет собрание. Я подумал, что это была шутка, поэтому выглянул в коридор, чтобы проверить, и увидел еще несколько выглядывающих лиц, с выражениями «это что, правда?» Поэтому мы пошли в лифт и уже знали, что все это на самом деле.

Что-то случилось и все мы примерно могли предположить, что именно, особенно по тому что Гус также ехал с нами в лифте и выглядел не слишком счастливым. На собрание к нам спустился сам председатель и заявил, что Рамос, Гус и Маркос Альварез покидают клуб и с завтрашнего дня главным тренером становится Харри Реднапп. На этом все закончилось, и мы отправились в номера.

Да, у нас был разговор за несколько дней до этого. Но мы были удивлены выбором времени; никто не ожидал такого громкого заявления в ночь перед игрой. Но мы не упали духом. Если быть честным, мы были приятно взволнованы. Для нас это было тяжелое время под руководством тренера, который был не просто иностранцем, но и тренером, чей стиль управления был настолько непривычен и непригоден для ежедневных требований английской лиги. Мы были счастливы снова играть под руководством английского тренера, и, думаю, большинство из нас высоко оценивали работу Харри с другими командами. Все игроки видели по ТВ, как Харри общается после игр и дает интервью. Каждый догадывался, что он за человек. Мы вернулись в номера очень взволнованными. Казалось, будто груз свалился с наших плеч, и мы сможем снова вернуться к основам с тем, кто знает премьер-лигу не понаслышке.

На следующий день Харри прибыл в отель – и он был таким, каким мы его себе представляли. Он говорил все как есть и мотивировал игроков правильными словами. В свой первый день он сообщил нам, что у нас прекрасный состав и нет никаких причин, по которым мы должны оставаться на том месте в лиге, где мы находились – на дне, всего с двумя очками, вместо возможных 24-х. И это моментально сработало. Мы были совершенно другой командой в той первой игре, его первой на посту тренера, хотя Клайв Аллен взял на себя управление командой в игре, в то время как Харри наблюдал.

Прежде чем отправиться на игру в автобусе кто-то из игроков расстегнул сумку, достал горсть конфет, положил их на тренерский столик и сказал: «нам больше не нужно это прятать». Открылись около десятка других сумок – сладости были повсюду. У каждого в сумке были сладости, которые они прятали от Рамоса. Наконец, мы почувствовали, что можем снова быть самими собой.

Команда отправилась на матч с «Болтоном» с новым планом работы. Мы играли со свободой, которой нам не хватало прежде и уверенно победили. Это победа чувствовалась началом чего-то нового, мы стали другой командой. Мы стали свободными!

Предыдущие главы автобиографии

Блог «Англия, Англия» в соцсетях: Twitter / VK / Telegram

Источник: http://www.sports.ru/

Написать ответ